Жительница Барнаула Б. в апреле 2023 года заключила с краевым управлением соцзащиты социальный контракт на сумму 180 000 руб. В ноябре того же года она подала заявление о признании себя банкротом. В 2024 году районный суд принял решение, в силу которого указанная сумма подлежала возвращению в связи с нарушением Б. условий контракта. По заявлению управления соцзащиты было возбуждено исполнительное производство для взыскания суммы долга, которое окончено в связи с признанием должницы банкротом. Однако в 2025 году службой судебных приставов окончание исполнительного производства было отменено со ссылкой на то, что долг является текущим платежом.

Б., не согласившись с возобновлением исполнительного производства, обратилась в суд. 

● Первая инстанция: Индустриальный районный суд Барнаула отказал в удовлетворении требований Б.

● Апелляция: Алтайский краевой суд отменил решение суда первой инстанции и признал действия приставов незаконными. Суд указал, что обязательство возникло до банкротства.

● Кассация: Восьмой кассационный суд отклонил жалобу управления соцзащиты, подтвердив правильность выводов апелляции.

Кассационный суд, руководствуясь разъяснениями высшей судебной инстанции, указал, что денежные средства были получены Б. по договору и в связи с его нарушением подлежали возврату до подачи заявления о банкротстве, следовательно, такое требование является реестровым, а не текущим платежом.

Это означает, что долг подлежал включению в реестр требований кредиторов в деле о банкротстве. Поскольку процедура реализации имущества была завершена и гражданка освобождена от обязательств, взыскивать этот долг отдельно через судебных приставов незаконно.