ВОСЬМОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

№ 88-9577/2023

О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Кемерово                                                                              4 мая 2023 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе

председательствующего Фроловой Т.В.,

судей Гусева Д.А., Раужина Е.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-21161/2022 (УИД: 42RS0005-01-2022-001239-13) по иску Каргиной Ольги Александровны к Федеральному государственному казенному учреждению комбинат «Малахит» Управления Федерального агентства по государственным резервам по Сибирскому федеральному округу о признании незаконным приказа об увольнении, изменении основания увольнения, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

по кассационной жалобе Каргиной Ольги Александровны на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 27 декабря 2022 г.

Заслушав доклад судьи Восьмого кассационного суда общей юрисдикции Фроловой Т.В., объяснения Каргиной Ольги Александровны, поддержавшей доводы кассационной жалобы, представителей Федерального государственного казенного учреждения «Олимп» (до переименования Федеральное государственное казенное учреждение комбинат «Малахит» Управления Федерального агентства по государственным резервам по Сибирскому федеральному округу) Майер Натальи Рамильевны и Апеваловой Светланы Викторовны, действующих по доверенностям, возражавших относительно доводов кассационной жалобы,

судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции

установила:

Каргина Ольга Александровна (далее – Каргина О.А., истец) Обратилась с иском к Федеральному государственному казенному учреждению комбинат «Малахит» Управления Федерального агентства по государственным резервам по Сибирскому федеральному округу (далее – ФГКУ комбинат «Малахит» Росрезерва, ответчик) о признании незаконным приказа об увольнении, изменении основания увольнения, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований Каргина О.А. указала, что                  29 апреля 2015 г. с ней заключен трудовой договор №, она принята на должность юрисконсульта в ФГКУ комбинат «Малахит» Росрезерва,                      с 1 июля 2015 г. переведена на должность ведущего юрисконсульта.

    11 октября 2016 г. работодателем издан приказ № о внесении изменений в штатное расписание, согласно которому занимаемая Каргиной О.А. должность ведущего юрисконсульта подлежит сокращению.

    12 октября 2016 г. уведомлением № Каргина О.А. уведомлена о сокращении должности работника. Согласие на предложенные должности Каргина О.А. не выразила.

    В дальнейшем Каргина О.А. находилась на больничном, приказом от 29 мая 2017 г. № ей предоставлен отпуск по беременности и родам по 28 октября 2017 г., приказами от 26 октября 2017 №-О, от 11 декабря 2017 г. № предоставлены отпуска по уходу за ребенком до достижения 1,5 и 3 лет по 17 июля 2020 г.

В связи с тем, что в период нахождения в отпуске по уходу за ребенком Каргиной О.А. предложили работу, она обратилась к работодателю с заявлением о досрочном расторжении договора, выдаче трудовой книжки, произвести все причитающиеся при сокращении компенсации. На данное заявление работодатель ответил отказом, мотивировав его отменой приказа о сокращении приказом от 15 декабря 2016 г. №.

Не согласившись с указанным отказом Каргина О.А. обратилась с иском к ФГКУ комбинат «Малахит» Росрезерва о признании незаконными действий по не расторжению 20 июля 2020 г. трудового договора по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, невыдаче трудовой книжки, невыплате выходного пособия, компенсации за неиспользованный отпуск, в котором просила признать расторгнутым с 20 июля 2020 г. трудовой договор от 29 апреля 2015 г. № в связи с сокращением штата, обязать работодателя выдать трудовую книжку, взыскать неполученный заработок за период с               21 июля 2020 г. до дня фактической выдачи трудовой книжки, взыскать выходное пособие, компенсацию за неиспользованный отпуск                    (дело № 2-9/2022).

10 декабря 2021 г. Каргина О.А. получила уведомление о необходимости дать объяснения по факту самовольного оставления работы              в период с 20 июля 2020 г. по 3 декабря 2021 г.

Приказом от 10 января 2022 г. № с Каргиной О.А. расторгнут трудовой договор с 20 июля 2020 г. по основаниям, предусмотренным п. 4                 ч. 1 ст. 77, подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с однократным грубым нарушением работником трудовых обязанностей – прогулом, то есть отсутствием на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня.

Обращаясь с иском в суд, Каргина О.А. ссылалась на то, что ее увольнение является незаконным, поскольку работодателем нарушен порядок расторжения трудового договора. Работодателем принято решение о сокращении ее должности и произведены все необходимые процедуры сокращения. В связи с нахождением в декретном отпуске срок расторжения трудового договора подлежал переносу до окончания отпуска по уходу за ребенком, в связи с чем, трудовой договор на 20 июля 2020 г. должен был быть расторгнут в связи с сокращением штата. Работодателю заблаговременно и достоверно были известны причины ее невыхода на работу, поскольку она считала трудовой договор расторгнутым 20 июля 2020 г., в связи с сокращением штата. Отмену сокращения до настоящего времени ответчик не подтвердил, проявил недобросовестное поведение в процессе по делу № 2-9/2022 фальсифицируя материалы дела. Работодателем нарушен срок привлечения к дисциплинарной ответственности. На дату увольнения она находилась на больничном (с 10 января 2022 г. по 28 января 2022 г.). Увольнение работника в период нетрудоспособности недопустимо.

Каргина О.А., с учетом уточнения исковых требований, в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федераци, просила суд признать незаконным и отменить приказ от 10 января 2022 г. № об увольнении, изменить формулировку увольнения с подп. «а» п. 6 ч. 1                   ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации на п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, взыскать с ФГКУ комбинат «Малахит» Росрезерва средний заработок за время вынужденного прогула за период с              20 июля 2020 г. по дату вынесения решения, компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

Решением Заводского районного суда города Кемерово Кемеровской области от 28 сентября 2022 г. исковые требования Каргиной О.А. удовлетворены. Приказ ФГКУ комбинат «Малахит» Росрезерва от 10 января 2022 г. № о прекращении трудового договора с Каргиной О.А. по подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации признан незаконным и отменен. Изменена дата и формулировка основания увольнения Каргиной О.А. из ФГКУ комбинат «Малахит» Росрезерва с подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации на п. 3 ч. 1 ст. 77, ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации. Считать Каргину О.А. уволенной с 28 сентября 2022 г. С ФГКУ комбинат «Малахит» Росрезерва в пользу Каргиной О.А. взыскана компенсация за время вынужденного прогула за период с 20 июля 2020 г. по 28 сентября 2022 г. в размере 1 178 366,30 рублей, компенсация морального вреда в размере 50 000 рублей.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 27 декабря 2022 г. решение Заводского районного суда города Кемерово Кемеровской области от 28 сентября 2022 г. отменено, по делу принято новое решение, которым в удовлетворении исковых требований Каргиной О.А. отказано.

В кассационной жалобе Каргиной О.А. ставится вопрос об отмене апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 27 декабря 2022 г., как незаконного.

На кассационную жалобу представителем ФГКУ «Олимп» принесены письменные возражения. К письменным возражениям приложен приказ руководителя Росрезерва от 13 марта 2023 г. № 112, из которого следует, что ФГКУ комбинат «Малахит» Росрезерва переименовано на основании приказа Росрезерва от 13 марта 2023 г. № 86с в ФГКУ «Олимп».

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции находит кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению.

В соответствии с ч. 1 ст. 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права (ч. 1 ст. 379.7 ГПК РФ).

Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции нарушений по настоящему делу не усматривает и в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе, не находит оснований для признания выводов суда апелляционной инстанции незаконными, исходя из следующего.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что 29 апреля 2015 г. между ФГКУ комбинатом «Малахит» Росрезерва и Каргиной О.А. заключен трудовой договор №, согласно которому Каргина О.А. принята на должность юрисконсульта, с 1 июля 2015 г. Каргина О.А. переведена на должность ведущего юрисконсульта.

    7 октября 2016 г. ФГКУ комбинатом «Малахит» Росрезерва издан приказ № о внесении изменений в штатное расписание, согласно которому вносятся изменения в штатное расписание на 2016 год, исключается должность ведущего юрисконсульта, вводится должность юрисконсульт.

11 октября 2016 г. ФГКУ комбинат «Малахит» Росрезерва издан приказ № о внесении изменений в штатное расписание на 2016 год, согласно которому замещаемая должность ведущего юрисконсульта подлежит сокращению с 15 декабря 2016 г., с 11 октября 2016 г. внесена штатная единица «юрисконсульт».

    12 октября 2016 г. ФГКУ комбинат «Малахит» Росрезерва издано уведомление № о сокращении должности Каргиной О.А., согласно которому Каргина О.А. уведомлена о сокращении должности работника в связи с сокращением штата работников в ФГКУ комбинат «Малахит» Росрезерва (приказ от 11 октября 2016 г. №). В уведомлении сообщалось о необходимости явиться в последний день работы в отдел кадров – 15 декабря 2016 г. и получить трудовую книжку, указано о расторжении трудового договора 15 декабря 2016 г. Каргиной О.А. были предложены вакансии. В случае согласия на перевод на должность по предложенным вакансиям, комбинат просил сообщить в отдел кадров комбината не позднее 28 октября 2016 г.

    14 декабря 2016 г. от Каргиной О.А. поступило письмо (входящий               № от 14 декабря 2016 г.) с приложением медицинской справки о беременности и о недопустимости расторжения трудового договора по инициативе работодателя в соответствии с ч. 1 ст. 261 Трудового кодекса Российской Федерации.

    15 декабря 2016 г. ФГКУ комбинат «Малахит» Росрезерва издан приказ № о признании утратившим силу пункта 1.1 приказа от 11 октября 2016 г. № об изменении штатного расписания, которым сокращалась должность ведущего юрисконсульта.

Согласно уведомлению от 26 декабря 2016 г. об изменении определенных сторонами условий трудового договора Каргиной О.А. сообщено, что в приказ от 11 октября 2016 г. № внесены изменения приказом от 15 декабря 2016 г. № «О внесении изменений в приказ от 11 октября 2016 г. «О внесении изменений в штатное расписание на 2016 год». В связи с этим, мероприятия по сокращению должности Каргиной О.А. производиться не будут, трудовые отношения с Каргиной О.А. будут продолжены. Указанное уведомление направлено в адрес Каргиной О.А.              26 декабря 2016 г.

    8 февраля 2017 г. в адрес Каргиной О.А. направлено уведомление № о том, что с 10 апреля 2017 г. из пункта 3.2.2 трудового договора от 29 апреля 2015 г. № будет исключен абзац, предусматривающий повышающий коэффициент за выполнение дополнительных обязанностей. Каргиной О.А. предложено сообщить о согласии или несогласии работать в измененных условиях или перейти на иную должность.

21 февраля 2017 г. в адрес Каргиной О.А. направлено уведомление                 № о том, что с 21 апреля 2017 г. из пункта 3.2.2 трудового договора от              29 апреля 2015 г. № будет исключен абзац, предусматривающий доплату за работу со сведениями, составляющими государственную тайну. Каргиной О.А. предложено сообщить о согласии или несогласии работать в измененных условиях или перейти на иную должность.

6 апреля 2017 г. Каргиной О.А. направлено уведомление № об изменении условий трудового договора, из которого следует, что в связи с организационными изменениями в структуре комбината, в именно, выводом занимаемой истцом должности «ведущий юрисконсульт» из структурного подразделения «административно - управленческий персонал» и образованием нового структурного подразделения «отдел организации закупок», будут полностью изменены должностные обязанности. Каргиной О.А. предложено сообщить о согласии или несогласии работать в измененных условиях или перейти на иную должность.

1 июля 2019 г. Каргиной О.А. направлено уведомление №,                        из которого следует, что работодатель уведомил Каргину О.А. об изменении существенных условий трудового договора, касающихся системы оплаты труда.

23 марта 2017 г. Каргиной О.А. направлено письмо с приложением заявлений о предоставлении ежегодного отпуска с 10 мая 2017 г. по 21 мая 2017 г.

Приказом от 29 мая 2017 г. № Каргиной О.А. с 26 мая 2017 г. предоставлен отпуск по беременности и родам (на 140 дней с 26 мая 2017 г. по 12 октября 2017 г., 16 дней с 13 октября 2017 г. по 28 октября 2017 г.). Приказом от 26 октября 2017 г. № на основании заявления Каргиной О.А. предоставлен отпуск по уходу за ребенком до 1,5 лет на 446 дней. Приказом от 11 декабря 2018 г. № на основании заявления Каргиной О.А. с 18 января 2019 г. по 17 июля 2020 г. предоставлен отпуск по уходу за ребенком до 3 лет на 547 дней.

3 марта 2020 г. Каргина О.А. обратилась к ответчику с заявлением о прерывании отпуска по уходу за ребенком до 3 лет, последним днем отпуска просила считать 2 марта 2020 г., в связи с инициативой работника, но при этом на основании приказа от 11 октября 2016 г. № о сокращении штата, а также уведомления от 12 октября 2016 г. № о сокращении, просила осуществить выплату всех пособий и компенсаций.

В ответ на заявление Каргиной О.А. ФГКУ комбинат «Малахит» Росрезерва письмом от 3 марта 2020 г. (исходящий №) разъяснено, что до настоящего времени на основании ст. 261 Трудового кодекса Российской Федерации приказ о расторжении с Каргиной О.А. трудового договора в связи с сокращением не был издан и трудовой договор не расторгнут, кроме того приказом от 15 декабря 2016 г. № пункт 1.1 приказа от 11 октября 2016 г. № об изменении штатного расписания признан утратившим силу, должность ведущего юрисконсульта осталась в штатном расписании комбината. Каргиной О.А. предложено рассмотреть вопрос о продолжении трудовой деятельности на комбинате в прежней должности, разъяснено право на расторжение трудового договора по соглашению сторон либо по инициативе работника.

Данное письмо Каргиной О.А. получено 6 марта 2020 г.

3 марта 2020 г. ФГКУ комбинат «Малахит» Росрезерва был издан приказ о выходе на рабочее место временно отсутствующего работника               №, согласно которому ведущий юрисконсульт Каргина О.А., находящаяся в отпуске по уходу за ребенком до 17 июля 2020 г., считается приступившей к работе на условиях полного рабочего времени с 3 марта 2020 г.

4 марта 2020 г. ответчиком в адрес Каргиной О.А. направлено письмо в дополнение к письму от 3 марта 2020 г., в котором указано, что 3 марта 2020 г. Каргина О.А. не явилась для осуществления трудовой деятельности; предложено представить заявление с указанием даты выхода на работу.

5 марта 2020 г. Каргиной О.А. направлено письмо №, в котором указано, что до настоящего времени она не приступила к исполнению трудовых обязанностей, повторно рекомендовано принять решение о продолжении трудовой деятельности на комбинате, направлены запрашиваемые Каргиной О.А. документы.

2 июня 2020 г. Каргиной О.А. направлено письмо №, в котором сообщено о дате выхода на работу – 20 июля 2020 г., а также, что должность ведущего юрисконсульта не была исключена из штатного расписания, сокращение работника, осуществляющего трудовую деятельность на данной должности, не производилось.

11 июня 2020 г. директором ФГКУ комбинат «Малахит» Росрезерва Каргина О.А. уведомлена об окончании используемого отпуска по уходу за ребенком 17 июля 2020 г., а также о том, что с 20 июля 2020 г. она обязана приступить к ранее выполняемой работе. Сообщение получено Каргиной О.А., ответа не последовало.

9 июня 2020 г. Каргина О.А. обратилась с иском к ФГКУ комбинат «Малахит» Росрезерва о признании незаконными действий по не расторжению 20 июля 2020 г. трудового договора по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, невыдаче трудовой книжки, невыплате выходного пособия, компенсации за неиспользованный отпуск,                 в котором просила признать расторгнутым с 20 июля 2020 г. трудовой договор от 29 апреля 2015 г. № в связи с сокращением штата, обязать работодателя выдать трудовую книжку, взыскать неполученный заработок за период с 21 июля 2020 г. до дня фактической выдачи трудовой книжки, взыскать выходное пособие, компенсацию за неиспользованный отпуск     (дело № 2-9/2022).

20 июля 2020 г. Каргина О.А. на работу не вышла.

Каргиной О.А. 20 июля 2020 г. направлено письмо, из содержания которого следует, что 17 июля 2020 г. закончился срок нахождения в отпуске по уходу за ребенком, ей необходимо было выйти на работу 20 июля 2020 г. Данное письмо содержало просьбу сообщить информацию о наличии уважительных причин невыхода Каргиной О.А. на работу.

Как следует из почтового идентификатора № указанное письмо Каргиной О.А. не получено, возвращено 22 августа 2020 г. отправителю из-за истечения срока хранения.

Письмо с аналогичным содержанием и просьбой сообщить информацию о наличии уважительных причин невыхода на работу направлено Каргиной О.А. 28 августа 2020 г.

Как следует из почтового идентификатора № указанное письмо Каргиной О.А. не получено, возвращено 29 сентября 2020 г. отправителю из-за истечения срока хранения.

Каргина О.А. на работу так и не вышла.

Неявка Каргиной О.А. на работу длилась с 20 июля 2020 г. по 10 января 2022 г., в том числе, 2 декабря 2021 г., 3 декабря 2021 г.

3 декабря 2021 г. Каргиной О.А. направлено письмо, в котором предложено письменно дать объяснения о наличии причин невыхода с               20 июля 2020 г. по 3 декабря 2021 г. на работу. Данное письмо Каргиной О.А. получено 10 декабря 2021 г.

Объяснения Каргиной О.А. не даны, о чем ответчиком 30 декабря 2021 г. составлен соответствующий акт.

24 декабря 2021 г. Каргиной О.А. повторно направлено письмо о необходимости дать пояснения относительно причин невыхода на работу. Письмо Каргиной О.А. получено 22 января 2022 г.

Мотивированное мнение представительного органа работников получено ответчиком 29 декабря 2021 г.

ФГКУ комбинат «Малахит» Росрезерва с 20 июля 2020 г. по 10 января 2022 г. составлялись акты об отсутствии Каргиной О.А. на рабочем месте.

Табели учета рабочего времени подтверждают факт отсутствия Каргиной О.А. на рабочем месте с 20 июля 2020 г.

Приказом директора ФГКУ комбинат «Малахит» Росрезерва от 10 января 2022 г. № в связи с тем, что Каргина О.А. по истечении отпуска по уходу за ребенком до 3-х лет не приступила к исполнению трудовых обязанностей с 20 июля 2020 г., на неоднократные письменные обращения с предложением выйти на работу и преступить к должностным обязанностям не отреагировала, объяснений подтверждающих уважительность причин отсутствия на работе не представила, на работу не вышла, к должностным обязанностям не преступила, на направленное уведомление с предложением работодателя дать объяснение по факту самовольного оставления работы с 20 июля 2020 г. объяснения не представила, Каргина О.А. уволена с 20 июля 2020 г. по подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (в связи с однократным грубым нарушением работником трудовых обязанностей – прогулом, то есть отсутствием на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня).

10 января 2022 г. в связи с расторжением трудового договора по основаниям, предусмотренным подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации Каргиной О.А. направлено уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо выслать письменное согласие на отправку ее по почте. Данное уведомление получено Каргиной О.А. 22 января 2022 г.

Решением Заводского районного суда города Кемерово Кемеровской области от 16 марта 2022 г. по гражданскому делу № 2-9/2022, вступившим в законную силу, в удовлетворении исковых требований Каргиной О.А. о признании незаконными действий по не расторжению 20 июля 2020 г. трудового договора по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, невыдаче трудовой книжки, невыплате выходного пособия, компенсации за неиспользованный отпуск, отказано. Судом указано, что работодатель вправе отменить сокращение, что и было сделано ответчиком, о чем Каргина О.А. была неоднократно уведомлена.

Обращаясь с иском в суд, Каргина О.А. в том числе ссылалась на то, что ответчиком нарушен срок привлечения ее к дисциплинарной ответственности, установленный ч. 3 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

Возражая относительно указанных доводов Каргиной О.А., представители ответчика ссылались на то, что факт отсутствия уважительной причины невыхода на работу установлен только в ходе рассмотрения гражданского дела № 2-9/2022 в судебном заседании 2 декабря 2021 г. –            9 декабря 2021 г.

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ответчиком пропущен месячный срок привлечения Каргиной О.А. к дисциплинарной ответственности, установленный ч. 3 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации, который подлежит исчислению с 20 июля 2020 г., приказ об увольнении Каргиной О.А. вынесен в период ее временной нетрудоспособности, в связи с чем, удовлетворил заявленные Каргиной О.А. исковые требования.

Проверяя законность и обоснованность принятого по делу решения, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что судом первой инстанции неправильно применены нормы материального права, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, в связи с чем, отменил решение суда первой инстанции и принял по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований Каргиной О.А.

При этом, суд апелляционной инстанции исходил из того, что порядок применения к Каргиной О.А. дисциплинарного взыскания, установленный ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации ответчиком не нарушен.

Делая вывод о том, что месячный срок, установленный ч. 3 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации для привлечения работника к дисциплинарной ответственности, ответчиком не нарушен, суд апелляционной инстанции исходил из того, что поскольку прогул Каргиной О.А. являлся длительным (с 20 июля 2020 г. по день увольнения 10 января 2022 г.), то привлечение работника к ответственности возможно в течение одного месяца с последнего дня прогула.

До применения 10 января 2022 г. к Каргиной О.А. дисциплинарного взыскания в виде увольнения от Каргиной О.А. 3 декабря 2021 г. затребованы объяснения, требование получено Каргиной О.А. 10 декабря 2021 г., однако, объяснения ею не даны.

Признавая необоснованным вывод суда первой инстанции о незаконности увольнения Каргиной О.А. в период временной нетрудоспособности, суд апелляционной инстанции исходил из установленных обстоятельств того, что приказ об увольнении издан утром 10 января 2022 г.; Каргина О.А. получила денежные выплаты, связанные с увольнением в 10 часов; из акта об отказе от получения трудовой книжки, следует, что 10 января 2022 г. в 14:23 часов Каргина О.А. уведомлена о наличии приказа об увольнении от 10 января 2022 г., ей предложено забрать у работодателя трудовую книжку, в судебном заседании по гражданскому делу № 2-9/2022, состоявшемся 10 января 2022 г. представители ответчика обратились к суду с просьбой об оказании содействия во вручении Каргиной О.А. копии приказа об увольнении, однако, Каргина О.А. заявила об отказе принимать приказ и необходимости направления трудовой книжки по почте, судебное заседание закрыто в 15 часов; о наличии листка нетрудоспособности в ходе судебного разбирательства ни суд, ни ответчика Каргина О.А. не предупреждала; листок нетрудоспособности открыт                     10 января 2022 г. после приема врача Т., часы приема которого с 13 часов до 18 часов.

Установив указанные обстоятельства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что обращение Каргиной О.А. в лечебное учреждение и открытие листка нетрудоспособности имело место после издания приказа об увольнении, при этом листок нетрудоспособности так и не был представлен работодателю, об его наличии не сообщалось, обращение в медицинское учреждение последовало после судебного заседания, в котором Каргиной О.А. было сообщено об издании приказа об увольнении. При этом, расценив данные действия Каргиной О.А. как злоупотребление правом.

Отклоняя доводы Каргиной О.А. о том, что обращение в медицинское учреждение состоялось в 9 часов утра и отложено ввиду отсутствия врачей и необходимостью участия в судебном заседании, суд апелляционной инстанции указал, что какими-либо доказательствами данные доводы не подтверждены, судебное заседание, на которое ссылалась Каргина О.А. назначено на 14 часов и не могло явиться причиной не обращения к врачу в утренние часы.

Отклоняя доводы возражений Каргиной О.А. на апелляционную жалобу в части обязанности работодателя уволить ее ввиду несогласия работать в условиях, несоответствующих трудовому договору, суд апелляционной инстанции исходил из того, что получая уведомления об изменении условий трудового договора с предложением выразить позицию относительно таких изменений, Каргина О.А. об отказе продолжать трудовые отношения не заявила, продолжив взаимодействие с ответчиком в рамках трудовых отношений. При нахождении работника в отпуске по уходу за ребенком, отсутствии позиции работника относительно изменения условий трудового договора у работодателя не было оснований для фактического изменения условий трудового договора (никаких документов, связанных с изменением условий трудового договора, заключенного с Каргиной О.А. не издавалось) и увольнения работника в связи с несогласием работать в новых условиях.

Оценивая заявление Каргиной О.А. о расторжении трудового договора с 3 марта 2020 г. или с 20 июля 2020 г., на которое Каргина О.А. ссылалась, как на доказательство прекращения трудовых отношений по инициативе работника, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что расценить данное заявление в качестве волеизъявления работника на прекращение трудовых отношений не представляется возможным, поскольку оно не содержит прямого волеизъявления на расторжение трудового договора по инициативе работника (предлагается альтернатива, уволить по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации) и данное заявление работодателем не получено.

Кроме того, суд апелляционной инстанции, указав на то, что позиция Каргиной О.А. в отношениях с работодателем носила явно противоречивый характер, поскольку, продолжая переписку, указывающую на продолжение трудовых отношениях, она впоследствии обратилась в суд, настаивая на том, что считает себя сокращенной, несмотря на состоявшееся решение суда в марте 2022 г., указывающее на ошибочность позиции Каргиной О.А. в части сокращения, до настоящего времени она указывает на данное обстоятельство и только в связи с подачей апелляционной жалобы ответчиком в рамках настоящего дела, в возражениях появились доводы о необходимости сокращения в связи с изменением условий трудового договора, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недобросовестности Каргиной О.В. и наличии оснований для применения эстоппеля.

Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции находит выводы суда апелляционной инстанции соответствующими требованиям закона и установленным по делу обстоятельствам.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, трудовую дисциплину и другие обязанности.

Статьей 189 ТК РФ предусмотрено, что дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Частью 1 ст. 192 ТК РФ установлено, что за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 ТК РФ).

Основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя определены ст. 81 ТК РФ.

Подпунктом «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ установлено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Частью 1 ст. 84.1 ТК РФ определено, что прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя.

Днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность) (ч. 3 ст. 84.1 ТК РФ).

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен ст. 193 ТК РФ.

Частью 1 ст. 193 ТК РФ предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Согласно ч. 3 ст. 193 ТК РФ дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Частью 4 ст. 193 ТК РФ установлено, что дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка.

В подп. «б» п. 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, решение работодателя о признании конкретной причины отсутствия работника на работе неуважительной и, как следствие, об увольнении его за прогул может быть проверено в судебном порядке. При этом, осуществляя судебную проверку и разрешая конкретное дело, суд действует не произвольно, а исходит из общих принципов юридической,                    а следовательно, и дисциплинарной ответственности (в частности, таких как справедливость, соразмерность, законность) и, руководствуясь подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с другими его положениями, оценивает всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе причины отсутствия работника на работе (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 февраля 2009 г. № 75-О-О, от 24 сентября 2012 г. № 1793-О, от 24 июня 2014 г.                    № 1288-О, от 23 июня 2015 г. № 1243-О, от 26 января 2017 г. № 33-О и др.).

В п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Согласно п. 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте.

Из изложенного следует, что увольнение за прогул является мерой дисциплинарного взыскания. До применения к работнику данной меры дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не представлено, то составляется соответствующий акт. Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Если работник отсутствует на работе длительное время, то работодатель обязан принять меры для установления обстоятельств и причин (уважительные или неуважительные) отсутствия работника на рабочем месте. Для выяснения причин отсутствия работника на рабочем месте работодатель должен направить работнику письмо с предложением явиться на работу и дать объяснение по поводу своего отсутствия на работе. В случае если после принятых мер работник не появляется на работе и объяснений по поводу причин своего отсутствия не дает, работодатель составляет акт о том, что объяснение о причинах отсутствия затребовать не представляется возможным.

Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит перечня уважительных причин для отсутствия работника на работе, поэтому в каждом случае данный вопрос работодатель решает самостоятельно в зависимости от конкретных обстоятельств. Оценка причин, по которым работник отсутствовал на рабочем месте, осуществляется работодателем при принятии решения о привлечении работника к дисциплинарной ответственности. Если причины отсутствия работника на рабочем месте окажутся неуважительными, работодатель вправе уволить такого работника по подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. При этом, днем увольнения работника будет последний день его работы, то есть день, предшествующий прогулу. Дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику не позднее одного месяца со дня его обнаружения. При длительном прогуле месячный срок со дня обнаружения проступка исчисляется не с первого дня прогула, а с последнего, когда работодателю станет известно, какова причина отсутствия работника на рабочем месте и может ли быть применено дисциплинарное взыскание.

Таким образом, установив, что прогул Каргиной О.А. являлся длительным (с 20 июля 2020 г. по день увольнения 10 января 2022 г.), суд апелляционной инстанции пришел к правильным выводам о том, что ответчиком положения ч. 3 с. 193 ТК РФ, предусматривающие применение дисциплинарного взыскания к работнику не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не нарушены, поскольку привлечение работника к ответственности возможно в течение одного месяца с последнего дня прогула, не считая времени необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Учитывая вышеизложенное, доводы кассационной жалобы о том, что ответчиком нарушен срок привлечения Каргиной О.А. к дисциплинарной ответственности, являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного постановления.

Несостоятельными являются и доводы кассационной жалобы о том, что ответчиком не учтена тяжесть совершенного Каргиной О.А. проступка, поскольку, установив факт отсутствия уважительной причины невыхода Каргиной О.А. на работу, ответчик расценил невыход Каргиной О.А. на работу с 20 июля 2020 г. как грубое нарушение трудовых обязанностей, в связи с чем принял решение о применении к Каргиной О.А. меры дисциплинарного взыскания в виде увольнения по подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, соответствующей тяжести совершенного ею дисциплинарного проступка.

Доводы кассационной жалобы о том, что увольнение Каргиной О.А. за прогул, незаконно переведенной на другую работу и с измененными условиями труда, существенно ухудшающими размер оплаты труда, отказавшейся приступить к такой работе, является незаконным, не опровергают правильности выводов суда апелляционной инстанции, поскольку материалы дела не содержат доказательств того, что ответчиком были изданы распорядительные документы, связанные с изменением условий трудового договора, заключенного с Каргиной О.А., а Каргина О.А. отказалась от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора, как того требуют положения п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

В целом доводы, изложенные в кассационной жалобе, выражающие несогласие с выводами суда апелляционной инстанции, по существу их не опровергают, сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда и к выражению несогласия с оценкой представленных по делу доказательств, произведенной судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями ст. 67, 327.1 ГПК РФ. Несогласие заявителя кассационной жалобы с данной судом апелляционной инстанции оценкой доказательствам и установленными обстоятельствами не могут служить основанием для пересмотра судебного постановления в кассационном порядке, поскольку правом переоценки доказательств и правом устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судебными инстанциями кассационный суд общей юрисдикции в силу положений ч. 3 ст. 390 ГПК РФ не наделен.

В силу своей компетенции кассационный суд общей юрисдикции исходит из признанных установленными судом первой и апелляционной инстанций фактических обстоятельств, проверяя лишь правильность применения и толкования норм материального и процессуального права судебными инстанциями.

Вопреки доводам кассационной жалобы выводы суда апелляционной инстанции соответствуют имеющимся в деле доказательствам, сделаны исходя из конкретных обстоятельств настоящего дела, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения.

Ссылка в кассационной жалобе на то, что решение Заводского районного суда города Кемерово Кемеровской области от 16 марта 2022 г. по гражданскому делу № 2-9/2022 не имеет для настоящего дела преюдициального значения необоснованна, поскольку на дату вынесения решения суда первой инстанции (28 сентября 2022 г.) и апелляционного определения (27 декабря 2022 г.) решение суд по гражданскому делу № 2-9/2022 вступило в законную силу (30 июня 2022 г.). При этом, то обстоятельство, что на дату увольнения Каргиной О.А. (10 января 2022 г.) решение суда по гражданскому делу № 2-9/2022 еще не было принято не имеет правового значения, поскольку как следует из ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда, они не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Нарушений норм материального или процессуального права, которые могли бы служить основанием для отмены обжалуемого судебного постановления в кассационном порядке, судебной коллегией по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции по доводам кассационной жалобы не установлено.

Поскольку судом апелляционной инстанции материальный закон применен и истолкован правильно, нарушений процессуального права не допущено, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции не находит предусмотренных                          ст. 379.7 ГПК РФ оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены обжалуемого судебного постановления.

Руководствуясь статьями 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 27 декабря 2022 г. оставить без изменения, кассационную жалобу Каргиной Ольги Александровны - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: