ВОСЬМОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

                                                                                 № 88-6762/2025

О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Кемерово                                                                            15 апреля 2025 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Латушкиной С.Б.,

    судей Леонтьевой Т.В., Андугановой О.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело             № 2-2097/2024 (УИД 24RS0035-01-2024-001666-49) по иску Тирских Владимира Владимировича к Федеральному казенному учреждению «Тюрьма Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Красноярскому краю», Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Красноярскому краю, Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

по кассационной жалобе Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации на решение Минусинского городского суда Красноярского края от 6 декабря 2024 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 17 февраля 2025 г.

Заслушав доклад судьи Восьмого кассационного суда общей юрисдикции Леонтьевой Т.В.,

судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции

установила:

Тирских Владимир Владимирович (далее – Тирских В.В., истец) обратился в суд с иском к Федеральному казенному учреждению Тюрьма Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Красноярскому краю (далее – ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю), Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Красноярскому краю (далее – ГУФСИН России по Красноярскому краю), Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации (далее – ФСИН России) о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование своих требований указывал на то, что Тирских В.В является адвокатом некоммерческого партнерства Красноярская краевая коллегия адвокатов «Паритет», осуществляет свои профессиональные обязанности по оказанию юридической помощи лицам, содержащимся в ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю.

31 марта 2015 г., 9 апреля 2015 г., 13 апреля 2015 г., 15 апреля 2015 г., 16 апреля 2015 г., 22 апреля 2015 г., 24 апреля 2015 г. и 29 апреля 2015 г. при прохождении на территорию ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю для оказания юридической помощи лицам, содержащимся в данном исправительном учреждении, адвокат Тирских В.В. был подвергнут личным досмотрам. По результатам их проведения составлены протоколы, в которых зафиксирован ход и результаты каждого личного досмотра.

Тирских В.В. обжаловал действия ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю в Минусинскую межрайонную прокуратуру.

По результатам проверки по обращению Тирских В.В. Минусинский межрайонный прокурор установил, что указанные администрацией ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю основания для досмотров Тирских В.В. не являются достаточными для их проведения, в связи с отсутствием достоверных данных о наличии у него намерений пронести на территорию исправительного учреждения запрещенные предметы. Кроме того, поскольку нелегальная переписка, пресечение которой имеет цель, не является предметом административного правонарушения, производство досмотра в соответствии с частью 1 статьи 27.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях с целью обнаружения орудий совершения либо предметов административного правонарушения также является незаконным.

6 мая 2015 г. Минусинским межрайонным прокурором в адрес начальника ФКУ Тюрьма ГФСИН России по Красноярскому краю направлено представление № 399ш-2015 о незаконности проведения личных досмотров адвоката Тирских В.В.

Также Минусинским межрайонным прокурором в адрес начальника ФКУ Тюрьма ГФСИН России по Красноярскому краю принесен протест на приказ врио начальника ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю от 30 марта 2015 г. № 108-а «О проведении досмотра адвокатов».

Приказом врио начальника ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю от 9 июня 2015 г. признан утратившим силу приказ ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю от 30 марта 2015 г. № 108-а «О проведении досмотра адвокатов».

Решением Минусинского городского суда Красноярского края от 14 сентября 2015 г. удовлетворено заявление ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю, признаны незаконными и отменены представления Минусинского межрайонного прокурора об устранении выявленных нарушений при обеспечении режима в ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю № 379ш-2015 от 6 мая 2015 г., № 399ш-2015 от 6 мая 2015 г.

Апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Красноярского краевого суда от 30 ноября 2015 г. вышеуказанное решение в части признания незаконными и отмены представлений Минусинского межрайонного прокурора № 379ш-2015 от 6 мая 2015 г. и № 399ш-2015 от 6 мая 2015 г. отменено, в удовлетворении требований ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю отказано.

Признавая оспариваемое представление прокурора законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции указал на отсутствие у сотрудников исправительного учреждения достаточных оснований для проведения личного досмотра Тирских В.В., имеющего статус адвоката и посещавшего исправительное учреждение в целях оказания правовой помощи содержащимся там лицам.

Указанными незаконными действиями адвокату Тирских В.В. причинены нравственные страдания в результате нарушения его личных нематериальных благ в виде: унижения его достоинства, унижения его чести и доброго имени, ограничения права свободно распоряжаться своими способностями к труду и как адвоката, ограничения права выбирать род деятельности и профессию, лишения гарантированного государством права беспрепятственно встречаться с подзащитными. В результате незаконных действий ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю, Тирских В.В. испытывал нравственные страдания в виде обиды, разочарования, унижения, досады от произвола должностных лиц данного исправительного учреждения, подвергших Тирских В.В. унизительной процедуре досмотра в присутствии гражданских лиц.

Тирских В.В. просил суд взыскать в его пользу компенсацию морального вреда 50000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб., почтовые расходы в размере 253 руб.

Определением Минусинского городского суда Красноярского края от 19 июля 2024 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены Мисюра А.В., Гаврилов В.В.

Решением Минусинского городского суда Красноярского края от 6 декабря 2024 г. исковые требования Тирских В.В. удовлетворены частично. С Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации в пользу Тирских В.В. взысканы компенсация морального вреда в размере 10000 руб., причиненного в результате незаконного досмотра от 31 марта 2015 г., расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб., почтовые расходы в сумме 253 руб. В удовлетворении исковых требований Тирских В.В. к ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 17 февраля 2025 г. решение Минусинского городского суда Красноярского края от 6 декабря 2024 г. оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФСИН России просит об отмене судебных актов как незаконных.

Представителем истца Тирских В.В. - Мглинец А.В. поданы возражения на кассационную жалобу.

Ходатайство истца Тирских В.В. об отложении судебного заседания и назначения судебного заседания на другую дату с использованием систем видеоконференц-связи оставлено без удовлетворения судом кассационной инстанции, поскольку не представлено допустимых доказательств невозможности явки в судебное заседание. Установив извещение лиц, участвующих в деле, надлежащим, у суда кассационной инстанции не имеется препятствий для рассмотрения кассационной жалобы по существу, принимая во внимание положения части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебное заседание судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции истец Тирских В.В., представители ответчиков ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю, ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России, третьи лица Мисюра А.В., Гаврилов В.В., надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, не явились. Ходатайство представителя истца Мглинец А.В. об участии в судебном заседании путем использования системы видеоконференц-связи оставлено без удовлетворения по техническим причинам. Руководствуясь частью 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции считает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции приходит к следующему.

Кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом (часть 1 статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такие нарушения были допущены при рассмотрении настоящего дела.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что Тирских В.В. является адвокатом некоммерческого партнерства Красноярская краевая коллегия адвокатов «Паритет», осуществляет свои профессиональные обязанности по оказанию юридической помощи лицам, содержащимся в ФКУ Тюрьма ГУФСИН по Красноярскому краю.

31 марта, 9, 13, 15, 16, 22, 24 и 29 апреля 2015 г. при прохождении на территорию ФКУ Тюрьма ГУФСИН по Красноярскому краю для оказания юридической помощи лицам, содержащимся в данном исправительном учреждении, адвокат Тирских В.В. был подвергнут личным досмотрам. По результатам проведения досмотров составлены протоколы, в которых зафиксирован ход и результаты каждого личного досмотра.

6 мая 2015 г. Минусинским межрайонным прокурором вынесен протест на приказ начальника ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю о проведении досмотра адвокатов от 30 марта 2015 г. № 108-а «О проведении досмотра адвокатов», на основании которого в ФКУ Тюрьма ГУФСИН по Красноярскому краю организовано проведение досмотра адвокатов Тирских В.В. и Г. в целях предотвращения поступления нелегальной корреспонденции посредством адвокатов. Основанием для проведения личного досмотра данных адвокатов явилось наличие сведений о том, осужденные тюремного вида режима ждут посещения адвокатов, так как через них ведется переписка с лидерами преступных групп, проживающих на территории Российской Федерации, а также содержащихся в других исправительных учреждениях. По мнению прокурора указанные администрацией ФКУ Тюрьма ГУФСИН по Красноярскому краю основания для досмотра адвокатов Тирских В.В. и Г. не являются достаточными для проведения, в связи с отсутствием достоверных данных, о наличии и намерении пронести на территорию исправительного учреждения запрещенные предметы. Поскольку нелегальная переписка не является предметом административного правонарушения, производство досмотра в соответствии с частью 1 статьи 27.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях с целью обнаружения орудий совершения либо предметов административного правонарушения так же является незаконным. Проведение досмотров адвокатов Тирских В.В., Г. на основании данного приказа организовано в нарушение требований действующего законодательства.

На основании актов прокурорского реагирования, приказом Врио начальника ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю от 9 июня 2015 г. приказ ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю от 30 марта 2015 г. № 108-а «О проведении досмотра адвокатов» признан утратившим силу.

Решением Минусинского городского суда Красноярского края от 14 сентября 2015 г. удовлетворено заявление ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю, признаны незаконными и отменены представления Минусинского межрайонного прокурора об устранении выявленных нарушений при обеспечении режима в ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю № 379ш-2015 от 6 мая 2015 г., № 399ш-2015 от 6 мая 2015 г.

Апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Красноярского краевого суда от 30 ноября 2015 г. вышеуказанное решение в части признания незаконными и отмене представлений Минусинского межрайонного прокурора № 379ш-2015 от 6 мая 2015 г. и № 399ш-2015 от 6 мая 2015 г. отменено, в удовлетворении требований ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю отказано.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 150, 151, 1069, 1070, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из того, что факт незаконных действий должностных лиц ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю при проведении досмотра адвоката Тирских В.В. 31 марта 2015 г. установлен, пришел к выводу о том, что компенсация морального вреда подлежит взысканию с Российской Федерации в лице ФСИН России, являющегося главным распорядителем средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности, за счет казны Российской Федерации.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учел данные о личности истца, конкретные обстоятельства дела, установив к возмещению в счет компенсации морального вреда 10000 руб.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и их обоснованием.

При этом суд апелляционной инстанции указал на то, что взыскание компенсации за незаконный досмотр в иные даты, в рамках иных споров не имеет правового значения и не является обстоятельством, освобождающим виновное лицо от ответственности за установленный в рамках настоящего дела факт нарушения прав истца.

Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции считает, что выводы судами первой и апелляционной инстанций сделаны с нарушением норм материального и процессуального права.

Суд кассационной инстанции не может согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанций в части определенного ко взысканию размера компенсации морального вреда по следующим основаниям.

Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами.

Согласно Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53); права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52).

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со статьей 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с указанным кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 указанного кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

От имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов (пункт 1 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане (пункт 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с положениями подпункта 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце 2 пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 г. N 13 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации" субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом.

Таким образом, надлежащий ответчик ФСИН России определен судами правильно.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33) даны разъяснения о том, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда. Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй и четвертый пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

В соответствии с пунктом 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Моральный вред - это нравственные и (или) физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага.

Компенсация морального вреда, являясь одним из способов возмещения вреда лицу, которое незаконно или необоснованно было подвергнуто уголовному преследованию, направлена на возмещение такому лицу тех нравственных и (или) физических страданий, которые оно претерпевало в результате незаконного уголовного преследования.

Поскольку закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда и конкретные обстоятельства, соотнести их с тяжестью причиненных гражданину физических и нравственных страданий и индивидуальные особенности его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Следовательно, исходя из цели присуждения компенсации морального вреда гражданину размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть определен судом применительно к личности гражданина, к понесенным именно им нравственным и (или) физическим страданиям.

Компенсация морального вреда должна быть адекватной обстоятельствам причинения морального вреда лицу. В судебном акте должны быть приведены достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемой гражданину, исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных им физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

Оценка таких обстоятельств не может быть формальной.

Компенсация морального вреда должна обеспечить баланс частных и публичных интересов.

Суды первой и апелляционной инстанций при разрешении исковых требований Тирских В.В. о взыскании с ФСИН России за счет казны Российской Федерации компенсации морального вреда, причиненного незаконным действиями сотрудников ФКУ Тюрьма ГФСИН России по Красноярскому краю в 2015 г., приведенные нормативные положения применили неправильно и не учли разъяснения, данные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Взыскивая компенсацию морального вреда в размере 10000 руб., суды сослались в обоснование такой суммы на обстоятельства незаконных действий сотрудников ФКУ Тюрьма ГФСИН России по Красноярскому краю, которыми нарушены личные неимущественные права истца незаконным личным досмотром.

Действительно, личный досмотр связан с неприкосновенностью личности, а потому, в случае его незаконного проведения, влечет нарушение личных неимущественных прав.

Между тем, суды первой и апелляционной инстанций лишь формально перечислили ряд обстоятельств общего характера, которые учитываются при определении размера компенсации морального вреда, а именно факт незаконных действий должностных лиц ФКУ Тюрьма ГФСИН России по Красноярскому краю, однако не привели каких-либо доказательств, свидетельствующих о степени и характере перенесенных истцом в связи с этими обстоятельствами физических и нравственных страданий, не указали, каким образом перечисленные истцом обстоятельства повлияли на размер компенсации морального вреда.

Между тем, указание истца в иске на нравственные страдания в виде боли, обиды, разочарования, унижения, досады, является бездоказательным.

Объем нравственных страданий на заявленную истцом, и взысканную судами сумму не доказан.

В силу частей 1 и 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Согласно части 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются лицами, участвующими в деле. Копии документов, представленных в суд лицом, участвующим в деле, направляются или вручаются им другим лицам, участвующим в деле, если у них эти документы отсутствуют, в том числе в случае подачи в суд искового заявления и приложенных к нему документов в электронном виде. Суд вправе предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Частью 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Истец в судебных заседаниях судов первой и апелляционной инстанций участия не принимал, пояснений относительно перенесенных страданий не давал.

Из доказательств, представленных ответчиком следует, что досмотр Тирских В.В. не являлся унизительной процедурой, вследствие которой истец мог бы испытывать унижение, боль, досаду от произвола должностных лиц, так как сотрудники учреждения действовали корректно, вежливо, досмотр происходил в отдельном помещении, соответствующем нормам и правилам СанПиН. Сотрудники досматривали только вещи истца, которые он сам предъявил. Указанный досмотр происходил в целях безопасности режимного учреждения, пресечения нелегальной переписки лиц, отбывающих наказание в учреждении.

Данные пояснения ответчика стороной истца не опровергнуты.

Обращение истца с названными требованиями имело место спустя 9 лет после событий, которыми оно обусловлено, что свидетельствует об отсутствии у истца заинтересованности в защите своих прав.

В связи с чем, решение Минусинского городского суда Красноярского края от 6 декабря 2024 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 17 февраля 2025 г. нельзя признать законными и обоснованными в части определения размера компенсации морального вреда, они подлежат изменению.

В соответствии с частью 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции по результатам рассмотрения кассационной жалобы вправе изменить либо отменить постановление суда первой или апелляционной инстанции и принять новое судебное постановление, не передавая дело на новое рассмотрение, если допущена ошибка в применении и (или) толковании норм материального права.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в пункте 40 постановления Пленума от 22 июня 2021 г. N 17 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции" (далее - постановление Пленума N 17), если все юридически значимые для правильного разрешения дела обстоятельства установлены нижестоящими судебными инстанциями, но допущена ошибка в применении и толковании норм материального права, кассационному суду общей юрисдикции надлежит принять новое судебное постановление, не передавая дело на новое рассмотрение в суд первой или апелляционной инстанции (пункт 5 части 1 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Учитывая, что все юридически значимые для правильного разрешения дела обстоятельства установлены судами обеих инстанций в полном объеме, а ошибка допущена лишь в определении размера подлежащей взысканию с ответчика компенсации морального вреда, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции полагает необходимым, не передавая дело на новое рассмотрение, изменить решение суда и апелляционное определение, взыскать с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации в пользу Тирских В.В. денежную компенсацию морального вреда в размере 500 руб.

При определении размера компенсации морального вреда, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции учитывает факт незаконных действий сотрудников ФКУ Тюрьма ГФСИН России по Красноярскому краю при проведении досмотра истца 31марта 2015 г., длительность прошедшего периода названных событий, непринятие мер к защите истцом своих прав, баланс частных и публичных интересов, количество предъявленных исков, требования разумности и справедливости.

При этом оснований для взыскания суммы компенсации в большем размере не имеется, учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах.

Таким образом, решение Минусинского городского суда Красноярского края от 6 декабря 2024 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 17 февраля 2025 г. подлежат изменению в части определения размера компенсации морального вреда, с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации в пользу Тирских В.В. подлежит взысканию денежная компенсация морального вреда в размере 500 руб.

Руководствуясь статьями 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции

определила:

решение Минусинского городского суда Красноярского края от 6 декабря 2024 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 17 февраля 2025 г. изменить.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания России за счет казны Российской Федерации в пользу Тирских Владимира Владимировича денежную компенсацию морального вреда в размере 500 руб.

Председательствующий                                С.Б. Латушкина

Судьи                                                                                        Т.В. Леонтьева

                                                                                                  О.С. Андуганова

Мотивированное определение изготовлено 23 апреля 2025 г.